Трагедия «Ренессанса»

В современной истории эпоха Ренессанса, или Возрождения, преподносится как исключительно положительное явление. Народы вдруг вспомнили, как прекрасно всё было «в античности»: литература, поэзия, искусство, архитектура, словом, всё, — и дружно кинулись всё это воплощать в современную им реальность. По край ней мере, пытаться, хотя бы в декларациях о намерениях. Вот что говорит об этом самая неангажированная из ангажированных Википедия.

Рим. Замок Ангела. Взято из интернета

Возрожде́ние, или Ренесса́нс (фр. Renaissanceитал. Rinascimento от лат. renasci «рождаться опять, возрождаться»[1]) — имеющая мировое значение эпоха в истории культуры Европы, пришедшая на смену Средним векам и предшествующая Просвещению и Новому времени. Приходится — в Италии — на начало XIV века (повсеместно в Европе — с XVXVI веков) — последнюю четверть XVI века и в некоторых случаях — первые десятилетия XVII века. Отличительная черта эпохи Возрождения — светский характер культуры, её гуманизм и антропоцентризм (то есть интерес, в первую очередь, к человеку и его деятельности). Расцветает интерес к античной культуре, происходит её «возрождение» — так и появился термин.

Термин Возрождение встречается уже у итальянских гуманистов, например, у Джорджо Вазари. В современном значении термин был введён в обиход французским историком XIX века Жюлем Мишле[2]. В настоящее время термин Возрождение превратился в метафору культурного расцвета.

Давайте посмотрим, что находится под этой яркой, привлекательной обёрткой. Для начала поставим явление на его истинное место на шкале времени реального, а не гибридного. Помните, мы обсуждали, как в Европе, в частности в Италии, удревнили историю Средневековья на 150 лет? Чтобы не тратить времени даром, продолжим. А желающие могут уяснить суть исторических сдвигов и найти исчерпывающие объяснения на страницах Новой Хронологии. Находим реальное время событий: начало 17-го века. Как раз время распада Всемирной Империи Рюриковичей в результате смуты и гражданской войны (опричнины), устроенной Захарьиными-Романовыми. И, как следствие, время неспособности России обеспечить укрепление былого единства, длившегося триста лет, военным путём, неудачи так называемой Ливонской войны. Время установили, теперь очередь высветить причины. Они банальны и знакомы нам, как грабли, бег по которым мы никак с тех пор не можем прекратить, каждый раз глубоко изумляясь, получив очередной удар в лоб. Суть явления очень хорошо передал персонаж «Поднятой целины» Шолохова Яков Лукич Островнов, объясняя свои вредительские действия нашим извечным «хотел как лучше». Проходя через чистку 15-го века, копя обиды и расшатывая устои в 16-м, сбросив ненавистное иго России в 17-м, Европа стала ностальгировать по веку 14-му, назвав его «античностью», в которой было не только изобильно и вольготно жить, но ещё и тихо, комфортно, безопасно. Прошло без малого триста лет, воспоминания и сказания о периоде благоденствия и расцвета были очень свежи и актуальны для живущих в 17-м веке. Это для нас, для пущей важности официальные идеологи погрузили «античность» в пыль веков, соревнуясь, кто больше. А современники 17-го века хотели иметь имперское изобилие и свободы (об этом ещё поговорим), а собственные усилия применять в основном на ниве потребления. Как истинный зануда, не устаю повторять, что законы природы действуют независимо от наших желаний и планов. Нет в мире силы, способной отменить закон сохранения энергии. Пытаясь объяснить когда-то это сыну, теперь буду стараться втолковать внукам: «Независимость — хорошая штука. Но — очень дорогая». Коварство больших процессов в том, что они, во-первых длиннопериодные. Почти всегда плоды инициатив пожинать предстоит не инициаторам, а в лучшем случае детям, а то и внукам. И во-вторых, которое не менее важно, чем во-первых. Эти большие процессы, кроме длительности, ещё и очень инерционны. Это значит, что если вы обнаружили, что в результате вашего выбора вы едете не туда, куда запланировали, то сворачивать уже может быть поздно. Чем сложнее управляемый объект, тем более заблаговременно нужно корректировать траекторию, и такое воздействие должно быть максимально точным.

Но я не потому назвал Ренессанс трагедией, что развалилась Империя, от чего, в конечном счёте, проиграло человечество. И не потому, что «прорабы» Ренессанса не смогли малой кровью достичь великого результата (помните?: «Бревно останется бревном и до награды, и потом»). Нашим предкам удалось эмпирическим путём создать гармоничную равновесную систему, способную поддерживать и воспроизводить самоё себя в интересах как общества в целом, так и каждого индивидуума в частности. Судьба помогла, или Бог направил — сейчас уже не важно, система разрушена и не работает. А построена она была очень органично и эффективно. По сути, мы гордимся и любуемся до сих пор её плодами. В тех условиях она не могла получиться другой. Судите сами: относительно немногочисленный народ, когда все у всех на виду (несколько тысяч, может, десятков тысяч человек), долгое время идёт из североафриканской земли Ха к берегам Придешского царства. Мало того, что сам образ жизни в походе мобилизует лучшие качества человека, так он же ещё и высвечивает возможности каждого для окружающих, позволяет выдвинуть в лидеры действительно достойнейших. В то же время, этот же образ жизни заставлял этих достойнейших оставаться таковыми по множеству причин, важнейшей из которых было формальное равенство всех. Так были заложены основы кристаллизации и становления того, что потом назовут Res publica, что дословно значит просто русский народ. Знатность рода была почётной, потому что была заслуженной. Честь была дороже жизни. И эти устоявшиеся неписаные законы лежали в основе писаных, даже уже при царях. С детства по сказкам и фильмам всем знакомо выражение: «Здравствуй, Господин Великий Новгород!» Странники здоровались с городом? Конечно, нет. Они выражали почтение гражданам, соотечественникам, составлявшим его. «Древние, тёмные, неграмотные» граждане понимали, что человек без города бывает, а наоборот — никогда.

Ренессанс — это общемировая трагедия потому, что в его результате было сломано общество, основанное на равноправии, на знатности рода (которую трудно заслужить, но можно потерять). В результате пришла власть денег. И результат — на лице. Лицо современного человечества не нравится ему самому, что вполне естественно. Негодяй и разбойник, украв или ограбив честного человека или людей, становится «уважаемым гражданином» только потому, что у него есть деньги. Этот «лёгкий путь» подобен наркомании — не нужно трудиться — дозу принял, — и мир прекрасен; стырил гроши — хозяин жизни. Для того, чтобы распоряжаться свалившимся богатством, новая знать применила принцип «разделяй и властвуй». Было декларировано национальное первородство, древность каждого отделившегося государства, были объявлены нации, каждая лучше других. И религия — лучше остальных. Как следствие, Европа провоевала до наших дней по религиозным, политическим и экономическим соображениям. По этим же причинам появилось рабство, а в историю пришлось для оправдания всунуть рабовладельческий строй — уродливое измышление, невозможное в реальной жизни. Я не отрицаю раба как явление, но целое общество, на любом этапе развития, не может существовать на рабском труде, просто по законам природы.

Архитектура эпохи возрождения. Взято из интернета

Так и живём c 17-го века. В постоянном кризисе. Многие этого не замечают. Однако, присмотритесь повнимательнее, и вы сможете заметить присутствие кризиса системы управления. Другими словами, нигде в мире нет эффективного управления обществом и страной. Везде огромные непроизводительные затраты, система явно работает не в пользу человека. Эффективный баланс интересов общества и человека ещё предстоит найти. Стоит посмотреть, как это получалось у предков. Они сумели — сумеем и мы.

Данная публикация использует материалы Новой Хронологии.

От Рима русского к Риму на Босфоре

Сдаётся мне, что основоположники марксизма неплохо знали реальную историю, потому что, в конечном итоге, обещали народу всё то же самое — весь мир.

Взято из интернета

Стараниями великих «олимпийских богов» Георгия и Ивана Даниловичей весь известный тогда мир был сведён под руку российского самодержца. В 1340 году знамя Всемирной Империи Рюриковичей перешло в руки Симеона Гордого, известного нам под именем Александра Невского. Бил ли он псов-рыцарей на Чудском озере, или это красивая древняя сказка, не столь важно. Всё равно каждый будет верить только в то, что считает правильным. Будем считать, что бил. Хотя, если и бил — то своих, чтоб чужие боялись. Других тогда ещё не было. Ну, ладно, бить или не бить — вопрос всегда будет стоять. Но занимался Александр Невский куда более насущными вопросами, требующими не столько сильной руки, сколько государева ума. Правил он миром (или Римом, кто привык сильно) из Великого Новгорода ныне известного как «золотое кольцо России». Раньше иностранцы его Страной Городов звали. Потому что уже в то время наши великие цари поняли, что эффективное управление возможно только на пути разделения властей. И разделили систему управления для начала на две части: военную и гражданскую. Всё гениальное — просто. Когда хорошо сделано и отлично работает.

В столице находилась гражданская часть — вся администрация и бюрократия. А в царской ставке — Орда (Армия тогда) — военная администрация и командование. И ставка, и столица пару раз за столетие, или чуть чаще, по обстановке, переносилась на новое место. Головастые правители не давали долго загнивать бюрократии, проветривали страну.

Наследство Симеону Гордому (Ордынскому) досталось богатое, но и хлопотное. Дураков в царях не держали, я уже упоминал, потому он не пытался лично всё в руках удержать, а по законам современного нам менеджмента стал делегировать полномочия на места. Наместников завёл. Стал по заселяемой Европе назначать доверенных людей управлять на местах, чтоб трудились не за страх, а за совесть. За совесть, потому, что страх не нужен был. Каждый и так понимал, что государево доверие не оправдать нельзя. Служили верой и правдой и в Египте нынешнем, и в Китае современном, и в Индии древней, и в Европе строящейся. Известны в разрешённой истории как фараоны древние, императоры китайские, индийские брахманы и Генрихи с Людовиками и Карлами всякими.

В 1353 году ему на смену Иван Кроткий (Красный) пришёл. Тоже не промах был. Продолжил Империю строить. Хорошо «римские дороги» пошли. А по ним — ям понастроили. Речь не про ямочный ремонт. Узловых пунктов понастроили, назвали ямами. Персонал назвали ямщиками. С тех пор по жизни и по истории понеслись различные повозки и верховые — ямщики, цыгане, тройки, песни, бубенцы. Обеспечивали безостановочную доставку донесений и важных пассажиров, когда надо — с охраной, со средней скоростью 25 км/час. На ямах отдыхали, ели-пили, коней меняли — и дальше в путь. Для сравнения: сейчас у нас по стране средняя скорость доставки грузов — 40 км/час. А ещё Иван отладил денежную систему и международную торговлю между Востоком и Западом. Сам славно поработал, и после себя достойное наследство оставил — родил Дмитрия Ивановича, будущего Дмитрия Донского.

В 1359 году власть перешла к Дмитрию Суздальскому. При нём работа шла по инерции. Разгон набрали хороший. Смуту при нём проскочили на одном дыхании, и в 1362-1363 году на престол взошёл Дмитрий. Тут в нашей истории огромная развилка произошла, оставившая всемирный след.

Основано на материалах Новой Хронологии.

Первые европейцы. Откуда польский гонор пошёл.

Белые люди пришли в центр тогдашнего мира. Натура человека определила пути дальнейшего развития истории. Ещё недавно все было очень едино и монолитно. Целый народ, все племена шли единым маршем к единой цели, преодолевали общие преграды, решали единые задачи, подчинялись единой воле, соединялись в единой вере. Сообщество равнодостойных, единомышленников, единотрудников пришло в Землю Обетованную.

И тут все человеческие качества немедленно стали работать над дальнейшим преобразованием общества. Проявились две основные тенденции: центростремительная и центробежная. Представители первой, домоседы, сформировали состав «местных», «коренных» жителей. Тех, из кого вскоре получились те, кого в официальной истории именуют «древними греками». Для позднего советского времени уместна аналогия с «коренными москвичами». А вторая половина за много поколений Исхода накопила в генах непоседливость, и предпочла не останавливаться, а исследовать мир дальше. Их аналог — «лимита», когда они возвращались в столицу.

Эта «развилка» — и причина образования «наций» и государств, и основа продолжения исследования, колонизации мира, а в последствии — и объединения его во Всемирную Империю Рюриковичей, самую успешную и эффективную систему управления, когда либо созданную человечеством.

Эта же развилка положила начало созданию вооружённых формирований, «дружин» (объединению друзей, на первых порах), позже переросших в армию. Поначалу целью дружин было защищать силой оружия нажитое имущество от посягательств «бродяг» — тех, кто ушёл познавать мир дальше, но в силу естественных обстоятельств принуждён был возвращаться в хорошо известные места.

Photo by stein egil liland on Pexels.com

Так появились нынешние поляки, описанные в официальной истории как «половцы». И то, и другое определение значит «живущие в полях». В этой самой официальной истории «половцы» почему-то всё время нападали на «Константинополь». А у них был выбор? Группа непоседливых славян (поляки — славяне) не стала останавливаться на достигнутом, и покинула одним прекрасным весенним деньком гостеприимные берега Придешского царства, и ушла на поисках воли и доли на северо-запад, в поля, где теперь Польша. Степные дороги, которые они протоптали (скорее всего уже на конях, ведь Ханаан — ареал обитания диких копытных) назвали шляхами, а себя, поселившихся вдоль шляхов — ляхами. Чудо, как хорошо в полях весной, летом и осенью! Тиха украинская ночь, и т.д. Но в слове северо-запад — ключевое слово — север. Польша — не бог весть какая Арктика. А всё же не Босфор.

Иная зима заставляла молодых исследователей и колонизаторов будущей Европы делать работу над ошибками и возвращаться в родные пенаты — в «Константинополь». Но там их уже и не ждали. И не рассчитывали на ораву бывших друзей, превратившихся в одночасье во врагов — «варягов». И без боя припасы и добро не отдавали. Тут вам и набеги «половцев» на «Константинополь». А всё же поляки северо-запад обжили, к зимам приспособились и привыкли. И стали первыми европейцами. Отсюда и знаменитый польский «гонор», как видим, вполне заслуженный.