Синус. Вначале было слово. Функция появилась позже

Друзья мои! Позвольте для начала проявить нескромность и дать своё определение истории. Это нам понадобится для дальнейших рассуждений.

Храм — материальный след истории. Взято из интернета

Итак, история — это собрание доступного в настоящий момент пересказа событий прошлого, выстроенное вдоль принятой хронологической шкалы.

То есть, то, что мы считаем исторической наукой, состоит из двух компонентов, ни один из которых не обладает достоверностью сам по себе. Это вынужден признать каждый беспристрастный исследователь. И оба компонента нуждаются в подтверждении по каждому моменту и факту события.

Если попытаться понять, каким образом можно судить о достоверности предлагаемого за истину материала, одним из критериев в оценке может служить ощущение единства. Это — чисто человеческая область чувств. Очень похожая на ощущение того, что только что вымытая машина едет лучше грязной. Так и в истории. Прислушайтесь к себе и постарайтесь ответить честно на вопрос: остаётся ли у вас после изучения материала ощущение «лоскутного одеяла», размытости впечатлений и тягомотности представления или, напротив, ощущение стройности единого целого, в котором каждая частность подкрепляет общее?

К чему это я так, из-за угла зашёл? Просто поймал себя на мысли, что мне можно «убить двух зайцев»: пояснить свою мысль о родстве слов «синд» и «синус», высказанную в моей публикации truefairytail.com/tag/кипарис/ , а заодно высветить историю возникновения славянского слова «синус» задолго до появления латыни и науки тригонометрии.

Синус, он же противный, — вертикальный элемент конструкции на фото. Взято из интернета

Посмотрим, что нам предлагает общепризнанная наука. Картина та же, что и при попытке найти значение хорошо знакомых древних слов. Заходите в любой официальный источник, и вы получите следующее изложение: «от латинского «изгиб, кривая, складка, полость, пазуха, залив». После 18-го века — тригонометрическая функция. Вы верите? Я — нет. Вижу подгонку.

Я, разумеется, помню со школы, что синус — тригонометрическая функция, его график «волна за волной на ось ординат набегает». А до 18-го века не набегал. Что же из себя представлял синус до 18-го века, был ли он? Откуда и почему взялся? Почему так похож на слово «синд», которого историки отправили в дремучую тьму веков, когда ещё не было в помине тригонометрии, а дюжина была высшей математикой, доступной далеко не всем?

Позвольте для тех, кому интересно, я опять займусь плодотворными измышлениями, которые на современном языке иногда называют мозговым штурмом ( что такое штурм можно посмотреть в моём «Словаре дилетанта»).

Большинство храмов имеют вход сразу на второй этаж. Взято из интернета

Думаю, я могу указать время возникновения прародителя нынешнего синуса. В эти довольно древние времена его звали «синес». Синусом он к нам вернулся из Европы в те времена, когда, по преданию, Пётр прорубил в неё окно. Вернулось вместе с «импортным» окончанием «ус». Вы будете смеяться, но предки окон не рубили. Они их проектировали и возводили по мере роста здания, применяя брёвна меньшей длины для образования проёма. А когда дело доходило до крыши, по времени больше тысячи лет назад, впервые появился на свет синус, тогда синес.

Синус, хоть и не Карлсон, а родился, жил и продолжает здравствовать на крыше. Поскольку крыша для него — дом родной, или в английском варианте home, sweet home! Рожден он был брёвнами, стропилами, на которых крыша держится. Из чисто практических соображений, как необходимость получения заданных размеров подпорок, на которые стропила будут опираться для достижения необходимого угла кровли, призванного обеспечить скат скапливающегося зимой снега. Кстати, запомните слово «снег», оно нам пригодится далее для понимания другой особенности строительства в мировом масштабе. Тоже нескромно, но факт, никуда не денешься.

Итак, дословно «синес» — «син-е-с» означает «противное есть сущее», то есть «противоположное есть искомое». Искомое противолежащее углу, располагающемуся на крае стены, зависело от величины этого угла, а значит, от длины стропила от угла до вершины подпорки. Как теперь мы знаем, это — отношение противолежащего катета (подпорки) к гипотенузе (стропилу). Косинус как бедный родственник, в то время был лишним, звали его сосинес. Что значило сопрягающийся с противным. А современное «ко» приобрёл вместе со всей латынью, когда делали «сладкозвучную» из того, что было. А что было — вы теперь знаете.

Такое архитектурное решение позволяет не зависеть от капризов погоды. Взято из интернета

Но это — не всё. Недавно про снег я упомянул не потому, что нынешняя весна в насмешку глобальному потеплению непривычно сурова и многоснежна. А потому, что снег нам поможет, как и всё в реальном мире, крепить нашу картину мира, которая значительно отличается от навязанной романовскими «знатоками истории» и их современными охранителями её расползающегося, шитыми белыми нитками убогого «лоскутного одеяла».

К делу. Практически во все старые храмы вход сделан был сразу на второй этаж. Почему? Можно, конечно, построить теорию, что архитекторы древности таким образом стремились настроить прихожан на возвышение мысли и чувств по мере вхождения в Храм и восхождения к Богу.

Красиво и правильно. Но причина, как всё в этом мире — материальна. Продолжим измышления на заданную тему. Не будет большой ошибкой предположить, что с самого начала храмы имели вход с поверхности земли, с некоторым возвышением, разумеется, как и все другие здания. Потому, что так было привычно и нормально. До тех пор, пока центр сил не переместился в северное Причерноморье и нынешнюю среднюю полосу. Опять могу подсказать время появления привычки строить вход в храм на второй этаж. Эта привычка появилась после первого же обильного снегопада, когда прихожанам по всей округе не удалось попасть на службу вовремя, а прорываться пришлось сквозь толщу заносов, орудуя лопатами до седьмого пота. Веке в 12-13-м. И лестницу стали на вход делать крытой по той же причине. А как вошло в обиход и норму, строили так уже и на колонизированном юге. Дворец Дожей, например, в Венеции.

Венеция. Дворец Дожей. Снега нет, а вход на второй этаж есть. Взято из интернета

Смотрите, что получается. В официальной истории — всё разрозненно и необъяснимо, производит впечатление надёрганности и навтыканности. Почитайте мои публикации. Они основаны на Новой Хронологии. Я неоднократно предлагал критикам конструктивно меня опровергнуть с фактами в руках и логикой наперевес. Уровень опровержения дальше выкриков «бред», «там-то написано по-другому» не идёт. Основоположник по этому поводу сказал: «Трудно идти тебе против рожна». Если есть желающие всё-таки попробовать, я к Вашим услугам.

Камень, который отвергли строители

Природа человека не меняется. Как Вы думаете, почему наши предки выделили для поселения Ивану-Энею-Рюрику будущий Ярославль? Абсолютно верно. Просто более южные земли уже были заняты. Молодого — на верхнюю койку, даром что призвали ими княжить. Не учли, что ему сам Бог ворожит.

Взято из интернета

Поставил на урочном месте Рюрик Новый Город Славенск и княжить начал. Земли собирать. Как царём быть — его учить не надо было — в самом Иерусалиме — Царь-Граде — Трое практику и ординатуру проходил. Может быть и пожалели уже челобитчики, что призвали его — больно круто взнуздал он «вольных пахарей» — да только поздно стало кулаками махать, царь оказался настоящий. Отец, когда борозду ведёшь в указанном направлении, а чуть в сторону вильнул — лютый тать -, прощай, буйная головушка, вернёшься, когда мозги отрастут!

Долго ли, коротко ли, а в намеченные сроки «камень, который отвергли строители, сделался главою угла». Прибрал Рюрик к рукам всё Северное Причерноморье и Поволжье со всем, что было волею и неволею. И потомкам своим завещал крепить долгорукость эту. Потомки под стать ему были, и вскоре в его честь Всемирную Империю организовали, как завещал великий Рюрик, как учила кафолическая партия, пардон, церковь, про песок морской и всю землю им. Так немного погодя и сделали.
А надо понимать, что сделали не потому, что захотели — мало ли кто что хочет, видали таких! — а потому, что не пустые слова про дом Богородицы да Божий заступ. Свет клином сошёлся на России! Вот, к примеру — места. Отличные, как сказал поэт, воздушные. И отличные, и много. А главное — безопасные! На севере и востоке — никого. На западе — леса, способные и сейчас удручить любого потенциального агрессора. На юге — море, затем по рекам, и опять же лесам! Наступать — только против течения. Моторов не было. Ветер когда помогает, а когда и мешает. И всё равно — против течения! Не позавидуешь. А наоборот — с дорогой душой. Неурожай там, или какая ещё надобность — мало ли! — в струги попрыгали и двинули вдоль дружественной среднерусской природы с гуслями, дудками да сопелками душеньки молодецкие тешить. А и грести не надо: Волга-матушка сама довезёт до Дона-батюшки, а он — до Моря Русского, а там и рукой до Царь-Града подать (плавали, знаем!) — пожалуйте на ворота щита прибивать, а мы молоток с гвоздями подержим.

Да Бог с ним, с Царь-Градом-то! Земля настолько обильна оказалась, а народ-то до того шустрый, да до труда охочий, что Библия исписАлась вся, как этот «древний Египет» для тощей Европы при её неуродах да голодных годах житницей служил — всем хватало, и ещё оставалось. И здесь вышнее заступничество неоскудевающей рукой орало с хлебопашцами вкупе. Не надо было на этой земле воду на заморенных ишаках из мутных арыков за семь вёрст возить — Господь дождь посылает в изобилии, чтоб народ его труждался не очень. Так это ещё не всё! Надоумил Всевышний леса выжигать, а на выжженном месте хлеб сеять. Больше двухсот лет жгли, русское поле формировали, чтоб про колосок петь, для души. Заодно. Но — хлеб — всему голова — для него, конечно, в основном. На этом выжигании целое новое сословие образовалось — огнищане. Уважаемые люди были, важное дело делали. И вот, смотрите, как звёзды сошлись. Просторы великие, богатства неисчислимые. Урожай — что там ещё неразвитая Европа — несметные табуны коней, едва не дохнущие от обжорства на заливных чернозёмных луговых травах между Волгой и Доном, укрывающих верхового, — а им еще и зерно предлагают в неподъёмных количествах. Изобилие! И родилось от этого изобилия (кроме хлеба всего остального по ноздри было и в полях , и в лесах) великое множество людей. А ведь и ремесленники времени даром не теряли. То, что утвари всякой понаделали, инструмента — не про то разговор. Оружия понаковали невпроворот. Леса жгли — помните? А леса красивые, часто берёзовые, шляйся хоть босиком, хоть в лаптях! А берёзовый уголь — первое дело для хорошей углеродистой стали. Лучше тогда не было. Вскорости появилось, но опять же, нам в руки упало, слава тебе, Господи!

Смотрите, что получается. Всё, как обещали. Всего полно: людей, коней, еды, корма, транспорта, инструмента, словом, всего, что только душеньке угодно. Долго ли такая сильная квашня в кадке усидит? Вот она и попёрла по всему свету по закону сообщающихся сосудов. А потомки тех, кто выжил на наших хлебах, сочинили нам «современную историю», что были мы никто, звали нас никак, возникли по недоразумению, и отстали от прогресса навсегда. Невдомёк им, что русский мужик велик стал по своей и Божьей воле, и в современность влип по ней же. Надоест Ваньку валять, поднимется, не сомневайтесь, милые.

Основано на материалах Новой Хронологии.

%d такие блоггеры, как: